Tags: poetry

О любви.

С такой любовью не живут,
И выжигает воздух грудь,
И солнце слепит нестерпимо, так, что и век не разомкнуть.

Куда ни глянь - кругом весна
И запахами грудь полна,
Но я уже не отличаю цветущей розы от говна.

Так и живу, живу ко дну,
Не по душе, не по уму,
И я любых блядей хватаю, и вижу в них её одну,

За полосою полоса,
Всевышний! Вырви мне глаза!
Ты видишь - мне невыносимы твои земные чудеса!

Терзаясь, мучаясь, любя,
Гуляя, радуясь, скорбя,
Прошу, всевышний, дай мне силы убить её или себя.

Просто стихи.

Отчего же тоска? Разобраться нельзя,
Всё в порядке, но что-то сломалось,
И не радует больше любовь, а друзья
Причиняют печаль и усталость.

Затяжная зима вся ещё впереди,
Но уже под дыханием хладным
Просыпаюсь, и чувствую, будто в груди
Всё на месте, но что-то неладно,

Всё отлично, но где-то оборвана нить,
И болит, и не видно причины,
Я устал просыпаться, печалиться, жить,
Я, наверное, скоро погибну...

&

О.Ф.


Такими глазами ей надо смотреть на небо,
Такими глазами ей надо смотреть на море…
Стоит на ночном морозе под белым снегом
Девчушка, снаружи – улыбка, на сердце – горе,

Деревья блестят ледяной резной паутиной,
О чём-то своём эгоист-светофор мигает,
Снежинки кружат, как пьяные балерины,
Не ведая ни своих, ни её печалей…

И ей бы забыть – и печаль, и себя, и друга,
И тоже лететь снежинкой в снеговороте,
Но надо собраться с силой и жить по кругу
Работа, маршрутка, дом, маршрутка, работа…

И, выйдя из офиса в свежую снега мякоть,
В нехитром пальто и короткой джинсовой юбке
Стоит на морозе, и главное – не заплакать
И просто дождаться десятой своей маршрутки…

На чёрный асфальт и на белые струи снега,
На блики витрин, на сияние светофора,
Глядит, а в ее глазах отраженье неба,
Глядит, а в ее глазах отраженье моря…

Питбулю Генриетте, на девять лет.

Простуженный воздух слегка дрожит,
Ноябрьский бледен свет,
По первому снегу питбуль бежит
Ушедшей юности вслед.

Вот девять лет за твой спиной,
Но так же крепок дух,
Шкура прочна и всегда с тобой
Челюсти, лапы и нюх,

Ты научилась стоять всегда
Крепко, не дав слабины,
И своему врагу никогда
Не показать спины,

Ты накрепко знаешь, не зная слов,
Когда повернуть нельзя.
Я видел глаза настоящих бойцов,
И это - твои глаза,

Это бойцов настоящих кровь
В венах твоих течёт,
Тех, кто на помощь прийти готов
И подставить плечо.

Так что беги, разрывая снег,
И не жалей ни о чём,
И не печалься, когда во сне
Видишь себя щенком,

Покуда остры твои клыки
И возраст их не сточил,
Покуда лапы твои крепки,
Покуда хватает сил,

Беги, Генриетта, быстрей беги!
Свою догоняй весну!
Собачий бог, замерев, глядит
Сейчас на тебя одну.

Баллада о мегабайтах.


"Ваши пальцы пахнут ладаном,
И в ресницах спит печаль..."

А. Вертинский


Ваши пальцы пахнут... табаком,
И в ресницах - отсвет монитора,
С вами мы болтаем ни о чём
И вообще почти что не знакомы.

Спутники, модемы, провода,
Сеть и миллионы одиноких.
Друг за другом мы пришли сюда,
На своих запутавшись дорогах,

Друг за другом мы бросались в сеть,
Захлебнувшись воздухом свободы,
Мы всегда боялись не успеть,
И сбежать спешили от чего-то,

По своим нехоженным путям
Мы пришли, обжились и остались,
Тихо левой скобкою грустя,
Тихо правой скобкой улыбаясь,

Мы разбросаны по городам.
Кто мы? Где и кем мы раньше были?
Нас соединяя, провода
Всех нас навсегда разъединили...

Мы забыли лица, имена,
Где-то по пути себя оставя,
Нынче гуглем вооружена
Наша избалованная память,

Знаю, чем американский друг
Нынче в Алабаме пообедал,
Как дела в столице и вокруг,
И не знаю, как зовут соседа.

Батареи апсов по углам,
Подавая свой визгливый голос,
Тянут, обеспечивая нам
Одиночества бесперебойность.

Сами мы давно уже не те,
В свете мониторов мы - лишь тени,
Так, под скрип модемов, в темноте,
Всё моё погибнет поколенье...

&

Уносит ветер сигарету
И больше нечего терять.
Где свой закончу путь по свету,
Не в силах я предугадать,

Такой, быть может, ночью темной,
Под этим проливным дождем,
Я рухну на асфальт, пронзённый
Узорным выкидным ножом...

Игра в поэта и в пророка -
Смерть то боюсь, а то зову,
И доиграюсь, и до срока
Мой путь по жизни оборвут,

Все беды сам призвал невольно,
И сам виновен пред собой.
Живу затем, чтоб было больно,
Болит - и, значит, я живой,

И мне уже не измениться,
Не пережить всё по уму,
Осталось лишь перекреститься
И сплюнуть, и шагнуть во тьму.

&

Специалист ворочанья в постели,
Опять не сплю который час подряд,
А за окном пылает листопад,
Сырой октябрь, рассвет, конец недели,
Рабочие по улице спешат,

Стучит рогами заспанный троллейбус,
Гудят машины пешеходам: "стой",
Угрюмый дворник все сучит метлой,
А через час я встану и оденусь,
И на работу с мутной головой.

Так и живу, ни отдыха не зная,
Ни, в общем, спорных радостей труда,
Не зная счастья, чтобы без стыда.
Из полусна в бессонницу ныряю,
И знаю, так и буду жить всегда.

Так и ползу промежду сном и явью,
Потом зима - и дальше по кольцу,
Судьба не ходит к моему крыльцу,
Я точно ничего не угадаю
По нелюбимому её лицу.

Так и тяну - бессмысленно страдая,
Так не поняв, зачем я нужен здесь,
Зачем мне нужен мир огромный весь,
Кого-то жду, кого, и сам не зная,
Но если вправду ты на свете есть -

Когда-нибудь такой сырою ранью
Приди, и прекрати бессонный бред,
Приди, и заслони рукой рассвет,
Приди, чтоб оборвать мое дыханье,
Я так боюсь, что смерти вовсе нет.

&

По слякоти осенней и грязи,
Не зная остановки ни минуты,
Влечет меня маршрутное такси
По мне совсем не нужному маршруту.

По мокрому разбитому мосту,
Взрывая ночь соляровым дыханьем,
Тебя такси уносит в пустоту,
Меж нами умножая расстоянье.

Из тьмы во тьму, по жеваной листве,
По разноцветным от солярки лужам,
Машины мчат, чтоб дальше были те,
Кто больше всех сейчас кому-то нужен.

Эй, кто там есть? Помилуй и спаси
Всех тех, кого сейчас без сожаленья
В отчаянно различных направленьях
Несут сквозь ночь маршрутные такси.

&

В парке убирают карусели
И шуршит пожухлая листва,
Парень в серой курточке осенней
Шепчет своей девочке слова,

Девочка смеётся, парень весел,
Именно для них, наверняка,
Кто-то над берёзами развесил
Белые резные облака...

Именно для них горят рябины
Красным очищающим огнём.
Осень одарила их единых
Этим запоздалым тёплым днём,

По любви, иль просто по удаче,
По судьбе, иль промыслом каким,
Этот день одним им предназначен,
Этот мир весь предназначен им...

Я ушёл, стыдливо, торопливо,
Сигарету надвое сломал,
Будто бы у этих двух счастливых
Что-то я нечаянно украл.